Второй сборник возрождённого «Времени учеников» хорош. В нём три по-своему достойных и интересных вещи, но четвёртая затмевает их напрочь. Заглавный роман Карена Налбандяна — натуральный шедевр постстругацкого жанра. Автор выточил зеркало, в котором, помимо чуть ли не всех романов братьев, отразилась еще и чёртова прорва всяческих актуальных смыслов. В авторе чувствуется по-настоящему умный человек. Его ловко скроенный и блестяще исполненный роман побивает по очкам и страдания Рыбакова, и остроумие Успенского. Из-за предельной насыщенности его невозможно пересказать, хотя очень хочется, фабула там — ого-го!

Мы встречаем Антона-Румату через шесть лет после эвакуации из Арканара — пьяного и злого, в депрессии, с раскисшими от повторных реморализаций мозгами. От него ушла Кира (да, её вывезли на Землю, и она получила образование), коллеги в институте привыкли не видеть его в упор, для остальной планеты он урод, давнее пугало. Даже дон Рэба смотрит на Антона со снисходительной жалостью. После того, как арканарскую резню показали всему Полудню, общественность потребовала включить несчастных жертв в братскую семью. Земля заполнена наглыми арканарскими гарстарбайтерами и студентами, а дон Рэба стал не только полномочным послом, но и членом Мирового Совета.
Поверьте, здесь нет никакого юмора и сатиры, и даже фальши совсем не чувствуется. Автор чудесен: он смог без всякой внешней имитации стругацкой писательской манеры нарисовать мир, аутентичный миру известных книг.

Нам сразу дают понять, чем кончится. Сначала Рэба пытается обратить дружелюбно открывшуюся ему Землю словом, но находит её жителей слишком испорченными. Тогда он без особого труда принимает план, позволяющий взять землян силой.

Тем временем Антон пускается в бродяжничество, странствует по самодвижущимся дорогам и открывает ночную сторону полуденного человечества — людей, выброшенных из жизни, потерявших смысл, тех, на ком чья-то неискупаемая кровь. Он находит своих. И через некоторое время оказывается в странном месте: в архиве Службы Галактической Безопасности. И сначала в шутку создаёт с товарищами Комиссию по контролю за этим архивом (расположенном в бесконечном подвале, очень напоминающем здание известного Соловецкого института). Сначала самозваная комиссия работает в стиле охотников за привидениями. Потом, по мере обрастания единомышленниками, становится теневой спецслужбой и центром подготовки ночной армии, готовой на всё. А еще мы узнаем, кто до сих пор сидит в кабинете президента СГБ и чей портрет висит у него на стене. И как сложилась история двадцатого века, приведшая к воцарению в начале двадцать первого мира Полудня.

И будет обрушившийся Мировой Совет, сожжённый Мирза-Чарле и всепланетная тихая бойня, стёртая потом из анналов и зашифрованная как операция «Зеркало». Будет Пампа, захвативший с отрядом конницы звездолёт и спешащий другу на помощь. Будут депортации и зачистки, в которых, надо полагать, израильский гражданин знает толк.

И вот только одна цитата.

«Ещё полгода шло физическое уничтожение компьютерных сетей. Что тогда творилось! Что там сожжение Александринской библиотеки. Целый мир погибал! Семьдесят лет трудов человечества прахом пошли! А всё-таки, я думаю, всё вышло к лучшему. Децентрализованные системы запрещены, в фундамент БВИ вмуровано сто тонн старого доброго тротила».